Электронная версия 0,1b.

В свое время, уходя с Дона, некрасовцы унесли с собой национальную культуру: язык, обычаи, фольклор, музыку, костюмы. Вернувшись на родину, потомки некрасовцев принесли с собой почти все то, чем владели их предки. И в то же время они создали на чужбине новые произведения устной поэзии: бытовые песни, песни об Игнате Некрасове, песни «под Игната».

- 1 -
предание

Будет слуга, да не царю.

Моя бабушка, Анна Васильевна Ивануткина 107 годох прожила1. На своем веку разное видела и от отцох и матерей много наслухалась. Учила она нас молодых песни играть про Игната и бывальщины разные про него гутарила.

Песни мы играли по обычаю, по потомству передавали их. Так заведено было у нас. Отцы наши гутарили про того, кто песни не играл: «Какой же ты некрасовец, раз песни не играешь!» Родители знали бывальщины, они нам, молодым, гутарили их. Что молодой может знать про Игната и предков?! О таком деле знали только старики. Мы-то теперича не знаем таких песен и бывальщин, какие знали наши отцы и матери на Майнозе.

Наши родители — знающие были люди, от них ума-разума набирались, да мы-то, молодые, были неразумными, хорошее мимо ушей пропускали. Теперича вот и нужно всё это, к делу пришлось, а я не знаю ничего. Кабы такие люди до нас раньше приезжали, мы бы берегли старое.

Мы уже тут, на хуторе жили, когда нам бабушка Анна гутарила про рождение Некрасы. Послухали мы её да спрашиваем:

- Бабушка, Анна Васильевна, а чего это у Игната два



Примечания
1 Анна Васильевна Ивануткина — замечательная хранительница песен и преданий об Игнате Некрасове (см. «Песни казаков-некрасовцев», Ростиздат, 1947 г. и «Русские народные сказки казаков-некрасовцев», Ростиздат, 1958 г.). Умерла Анна Васильевна в 1939 году. Указание М. Г. Волковой о возрасте Ивануткиной вносит поправку в её биографию, в которой указано, что она родилась в 1847 г., следовательно, нужно считать, что год её рождения другой — 1832 г. 
- 2 -
ряда зубох было? Правда то, аль брехня какая?

Она нам стала гутарить:

- Правда, чадушки. Когда Игнат-сударь народился, у него было два ряда зубох.

- Как же у человека могёт быть два ряда зубох? - пытали мы её.

- Так и было у него два ряда зубох. Игнат-то не то, что мы, он совсем другой! Когда народился Некраса, в то время до него пришла родная бабка. Пришла она младенца поглядеть. Младенец в люльке лежал да смеялся. Увидала бабка, что младенец смеется, а во рту у него два ряда зубох, так и воскликнула:

- Будет слуга, да не нашему царю!

Мать Игната испугалась таких речей да и спрашивает:

- Что же мне, горемычной, делать?

А бабка отвечает:

- Не пугайся! Он не такой, как другие, что плавают, да ни до одного берега не пристают. До Игната люди сами пристанут.

Время-то шло, младенец1 рос. Вырос он да стал статным, дебелым, натоптанным, красивым боевым атаманом. Получилось всё, как родная бабка Игната гутарила.

Прибегает раз на Дон князь-бояр Долгорукий. Прибег и стал он по слову2 царя Ерохи станицы огнём палить, казакох казнить, женщин и девок на постель для блуда брать, силь-



Примечания
1 Произносит - «младенес».
2 По слову — по приказу. 
- 3 -
ничать, малых детей в Дон бросать. Возмутился Тихой Дон. Казаки — до Игната. Видит такое дело Некраса, собрал казакох да побег до князя-бояра. Прибег с казаками до князя-бояра да и срубил ему — Долгорукому голову.

Бабушка Анна Васильевна и песню про то играла, как Игнат срубал голову князю-бояру.

Ой да, на заре-то было ранней-утренней,

Да на заре-то было вот все да на зорюшке,

Ой на закате вот было да всё светла месяца.

Ой и на восходе-жа было да всё Красной солнушки.

Ой и собирались они все донские козочки,

Ой да, собирались они все во единый-же Круг,

Да во единый-же круг, а вот на единый луг,

Да всё ко дому того князя-боя-ра-а-а,

Ой князя-бояра да вот князя Долгорукова-а-а.

Выходил-же, а он вот, князь-бояр Долгоруков,

Выходил-же он да вот на высок-то крылец,

Выносил-же он всё да царскую грамоту,

Да читал-то, читал он казакам царску грамоту:

- Вы да послухайте, донские козачки,

Что да написано в царской грамоте, что напечатано:

Ой да, как и всех старикох — казнить, вешать,

Молодых казачкох1 да всех в солдаты брать,

Малых деточек, да малолеточек2 в Тихий Дон бросать,

А жён с девками, всех на боярский двор. -



Примечания
1 Произносит - «козащкох».
2 Произносит - «детощек», «малолетощек». 
- 4 -


По Кругу-то ходит, а он всё Игнат-сударь.

Ой да, а он Игнат-сударь, как сокол летает,

Ой да, сам на вострую шашечку, а он упирается,

Да всё горючей слезой, а он заливается:

- Ты прости, прости, - ой да, - взговорит Игнат-сударь, -

Ты прости меня весь и род-племин! -

Ой, как подходит он сын-Некрасовец1 до князя-бояра,

Ой да, он срубал ему, срубал бойну голову.

Воскрутился тут да возмутился, а он, батюшка,

Ой, а он батюшка да славный Тихий Дон,

Как от самой от вершинушки джо самых устюжей.

Сыграла песню бабушка и дальше стала гутарить:

- Узнал царь Ероха о таком деле Игната да войной на него пошёл. А Некраса — на Ероху. Ероха много годов сражения вёл, а Игната не победил. Не победимши, умер.

Села на престол Катерина, а Игнат на неё войной пошёл.

Увидала раз царица Игната и мечтает: «Красивый инарал! Я — вдовая, посвататься надо!». А потом глянула да увидала у него два ряда зубох, так и руками всплеснула:

- Разорит моё государство Некраса! Надо его приворожить.

Царица сватов засылать до Игната, да только сударь-Некраса не пошёл на такое дело. Загадать-то царице было легче, чем сделать! Пёс на блевотину не пойдёт. Чего это Некрасе было царицу брать?!

Игнат красивый себе мужчина был, боевой атаман, волшебник. У нас и песня про его красоту играется — Анна Васильевна играла, да и я ту песню играю



Примечания
1 Произносит - «некрасовес». 
- 5 -


- Ой, хорош-то, пригож, а он добрый молодец спородился.

Ой да, и кто ж то его, доброго молодца, воспородил?

Ой да, как и личушко-то вот у доброго молодца, оно снегубелого,

Ой, а румянец у доброго молодца, а он будто маков цвет!

А и бровьюшки у добра молодца, они всё соболиные!

Ой да, и глазушки у добра молодца, они вот соколиные.

Ой да, и кто ж то его, доброго молодца, да воспородил?

Воспородила, доброго молодца, красная солнушка,

А вспоил-вскормил, доброго молодца, всё светел месяц,

А взлелеяли его, доброго молодца, они звёзды ясные.

Ой да, воспородила, доброго молодца, Игната-сударя,

Да, воспородила его, сына-Некрасу, родная матушка.

Ой да, родная матушка, она красная солнушка!

А вспоил-вскормил его, доброго молодца, родный батюшка.

А взлелеяли его, доброго молодца, они сёстры родные.

Ой да, вот всё сестры родные, да они — звёзды ясные.

А что родная бабушка Игната гутарила про Некрасу, сына Фёдорова, - то правда. Игнат не был слугой, он сам, сударь, стал берегом. Много разных людей до него прибилось.

4/VIII 1957 г.А

Герасюткина П. С.Б

Предание.



Примечания
прим. наборщика:
А исправлено, было 1940
Б исправлено, было Волкова М. Г.