Электронная версия 0,1b.

В свое время, уходя с Дона, некрасовцы унесли с собой национальную культуру: язык, обычаи, фольклор, музыку, костюмы. Вернувшись на родину, потомки некрасовцев принесли с собой почти все то, чем владели их предки. И в то же время они создали на чужбине новые произведения устной поэзии: бытовые песни, песни об Игнате Некрасове, песни «под Игната».

- 1 -
предание

Бурлак в шапке.

Гутарила покойница моя мать про Ёноз. Жил там один казак с женой. Хорошо они жили, нашли они себе сына, назвали Василием. Только раз пошел казак в море. Поднялась шторма, он потонул. Осталась женщина с малым сыном, впала в бедность. Атаман станицы забыл завет Некрасы, не оказывал вьяв помощи удове, ну, а мир тайно творил Игнатову милость. Так та женщина и жила.

Сравнялось Василию десять годох. Идет он раз по станице, видит одного кочета. Кочет красивый, дебелый. Мальчишка-то ещё глупой был. Вот он и думает: «Дай поймаю кочета да зарежу, а матушка из него щей наварит.» Надумал да и сделал. Поймал кочета, принес домонь, зарезал да матери отдал. Мать пытает у него:

- Где, чадушка, кочета взял?

- Люди дали.

- А зачем ты, Васюшка, взял? Я же тебе гутарила про завет Игната: «Милость явную от людей брать нельзя. Принимать надо только тайную, чтоб глаз человеческий не видал милость творящего.» Теперича по твоей глупости нас будут звать побирушками. Что будем делать, горе ты мое?

Вася испугался, стал матери гутарить другое:

- Матушка, мне никто кочета не давал.

- А где же взял?

- Я у одной тетки его забрал.

Услыхала такие слова удова, заплакала.

- Чадушка неразумная, да ты же украл кочета. А зна-


 
- 2 -
ешь, что Игнат заповедовал? «Не держать ворох в станице. За воровство быть плетьми до смерти.» Призовут тебя на Круг, глупого, станут учить. Круг за такое дело не простит. Непрощённого каждый убить могёт. Некраса завет оставил: «Убивать ворох!».

Мальчишка плачет, удова плачет. Потом Вася упал на колени и просит:

- Родимая моя матушка, прости меня. Больше ничего брать не буду.

Мать ему отвечает:

- Да как же я тебя простить могу, сыночек? За такое дело меня Круг накажет. Ты вор, я должна отвести тебя на Круг. Кто вора хоронит, завет нарушает. Собирайся сынок, пойдем до атамана.

Упал мальчишка, кричит. Матери жалко-жалко стало Васю, она ему гутарит:

- Гляди, сынок, украдешь у кого что, больше гутарить с тобой не буду. Сама на Круг отведу, нехай вора поучат.

Вася клятву дал, землю прикусил, что красть больше не будет. А та женщина, у которой кочета Вася украл, хватилась, а кочета нет. Искала, искала, так и не нашла. Разобиделась она да сказала: «Нехай у вора кочетиный гребень на голове вырастит!».

Время идет. Живет удова с сыном, никто не знает про воровство Васи. Исполнилось ему 16 годох, пошел он рыбалить. Растет Вася, красивым стал, женщины и девки наглядеться на него не могли. Ну, сравнялось ему 18 годох. Повела его мать на Круг. Приняли его в казаки. Приходят они с Круга домонь. Снял Василий шапку, а у него на голове вырос


 
- 3 -
кочетиный гребень. Увидал он в зеркало гребень на голове и до матери.

- Матушка, гляди, что у меня на голове?

Увидала мать — в слёзы, начала причитать.

- Сыночек мой, покарал тебя Игнат за твое воровство. Что теперича будем делать?

Думала, думала мать да гутарит:

- Ходи, сыночек, в шапке зимой и летом. Пасись, чтобы люди не увидали.

Стал ходить бурлак в шапке. А людям-то интерес большой: «Чего это Василий в шапке летом ходит?!». Стали мать спрашивать, а она всем гутарит: «Голова у него болит без шапки, хворый он у меня». А сама боится: «А ну, как узнают про кочетиный гребень, забьют на смерть». Начала она ходить по разным местам да прислухиваться, не скажет ли кто про какого чародея. А Василий ходит в шапке, женщины жалеют его. Идет он по станице, а народ гутарит: «Вот бурлак в шапке пошел». Так и звали его «Бурлак в шапке».

Исполнилось Василию 25 годох, а ни за кого не сватается, не женится. Гутарят: «Раз не женится он, значит не спроста, хворость тайную имеет».

Мучался так-то бурлак долго. Мать места себе не находит от горя. Услыхала она раз от одной странницы, что в одном селении грек-чародей живет, он всё могёт сделать. Пришла домонь удова.

- Сынок, пойди до грека-чародея. Люди сказывают, человек он хороший. Может он пособит твоему делу.

Пошел Василий до чародея. Приходит.

- Здорово живете, дедушка!


 
- 4 -


- Спаси Христос, чадушка. За каким делом пришел?

Бурлаку стыдно, да куда денешься?! Начал гутарить. Ничего не утаил. Чародей спрашивает:

- А мать знала про воровство?

- Знала, дедушка.

- А чего на Круг не повела тебя?

- Хотела, да я малый был, прощенья просил, слово дал чужого не брать. Сравнялось 18 годох, у меня гребень вырос. Шапку не могу с головы снять, так и кличут меня «Бурлак в шапке».

- Покажи голову, чадушка.

Василий снял шапку.

- Большой гребень. Ну, да не горюй. Иди до той женщины, попроси у неё прощенье. Простит, гребень пропадет.

- А как не простит?

- Иди, чадушка, проси прощенья. Будет ругать, а ты проси.

Возвернулся Василий домонь, взял мать и пошел с ней. Приходят до женщины. Влез бурлак в хату, прямо женщине в ноги.

- Прости меня. Это я у тебя кочета украл. Что хочешь, делай, только прости.

Увидала у него женщина кочетиный гребень на голове и начала его ругать:

- Ах, ты, вор! Да тебя надо убить.

Ругалась, ругалась, а парень стоит на коленях, молит её:

- Прости меня, глупого.

Поругала крепко женщина бурлака, отвела душу да гутарит:

- Ну, бог те простит! Не греши больше.


 
- 5 -


Сказала она так-то, а гребень пропал. Взяла за руку Василия, повела до атамана. Созвали Круг. На Кругу она тоже при всём народе простила бурлака. Прощённого Круг не наказывал.

После Василий ходил летом без шапки, а его так и звали «Бурлак в шапке». После такого дела за него ни одна девка замуж не пошла. Так он и ушел из станицы.


1/VIII – 1947 г.

Т. И. Капустина.