Электронная версия 0,1b.

В свое время, уходя с Дона, некрасовцы унесли с собой национальную культуру: язык, обычаи, фольклор, музыку, костюмы. Вернувшись на родину, потомки некрасовцев принесли с собой почти все то, чем владели их предки. И в то же время они создали на чужбине новые произведения устной поэзии: бытовые песни, песни об Игнате Некрасове, песни «под Игната».

- 1 -
предание

В городе Игната не признали наших.

Дедушка Егор Иванович Семутин многое гутарил нам, молодым, про Игната и про город некрасовцех. Богатый был он в своем поведении человек, знающий много разных историй. Я верю ему, что он гутарил про Игната, потому все бывальщины о Некрасе – правда, они передаются по-потомству. Что раньше было, то и гутарили. И волшебство было, потому как люди верили. Теперича другое дело, отмерло волшебство, не признают его, молодые страха не знают, а мы боялись, верили.

Ходил дедушка Семутин разыскивать город Игната и нашел его. Пришел он до ворот города, а там часовые оруженные. Егор Иванович попросил часовых доложить атаману.

- Скажите атаману, что казаки некрасовцы с Майноза пришли погутарить с ним.

Пошел один часовой докладывать. Прошло сколько-то время, он возвернулся и гутарит:

- Атаман не признал вас за некрасовцех. Пускать в город не приказал.

Четыре дня дедушка Семутин и еще два казака, что с ним были, просидели у ворот. На четвертый день вышел из города один казак да сказал им:

- Атаман приказал сказать вам: «Уходите и не приходите больше до нас, раз вы отстали от Игната. Мы не желаем вас признавать».


 
- 2 -


Так и ушел дедушка Семутин со своими товарищами. Мы, молодые, спросили Егора Ивановича:

- Дедушка, отчего же он, атаман-то, не схотел признавать вас за некрасовцех?

Дедушка нам сказал:

- Вот отчего, деточки, не схотел нас признать атаман города некрасовцех: когда Игнат привел свой народ на Еноз и Майноз, поселил всех, в это время два брата Игната стали просить разделить казакох на три части, потому земля на Майнозе была гнилая. Народ стал умирать. Тогда получился раскол. Одни пошли на Дунай, другие за Пещаное море. Большая часть казакох осталась с Некрасой, они привержены были слову Игната.

На Дунае тоже был раскол. Одна часть пошла в Расею и погибла. Другая осталась на Дунае и поумирала, а кто в живых был, помешались с липованами. А казаки, что за Пещаное море пошли, - пропали. Никто не знал, где они. Тогда Игнат взял людей с Майноза, пошел искать их. Искал, искал и не нашел. Ну, а наши родители не пошли с Игнатом. Город, что мы видели, Некрасой построен, а живут в нем те казаки, которые с Игнатом ушли. Вот они нас и не схотели признать. Атаман ихний посчитал нас, майнозских, что мы отстали от Игната, завет нарушили.

Гутарил Егор Иванович, как они уходили от некрасовцех. По болотам, по горам шли, а двое, что ходили с ним, померли страшной смертью. Шли они так-то, утомились, легли под деревом в лесу спать, Егор Иванович проснулся по-нужде. Встал, отошел шагох двадцать в сторону от дерева. А в


 
- 3 -
это время набегли людоеды, убили двоих и съели. Дедушке Семутину случай помог. Не проснись он, и его бы съели людоеды.

Так и не признали некрасовцы города Игната наших казакох за своих людей.

В те времена, что дедушка Семутин ходил по чужим землям, много людоедох, разбойникох было. Далеко от станицы уходить было нельзя. У нас завет такой был от Игната, чтоб по одному не отлучались от войска. Это тебе не нонешнее время, не Советская власть: куда захотел, туда пошел, - везде свои люди. А тогда, да на чужой земле, нельзя одному было уходить из станицы.



12/VIII 1948 год.

Тумин. Л. В.